Это спектакль о том, как в попытках поймать свою жизнь Крэпп записывает на старый бобинный магнитофон аудиодневники.
Но разве не так же бессмысленно пытаться облечь существование в биографию, как записывать на диктофон жестовый язык глухих? Память расплывается на отдельные звуки, чувства, фантазии, миражи и пустоты, становясь единственным интересом уходящей жизни старика Крэппа.
Для усиления градуса абсурда режиссёр спектакля приглашает на роль Крэппа сразу несколько глухих артистов, главный способ общения которых — жесты, а не голос.
Параллельно звучит голос слышащего артиста, который не переводит реплики, а добавляет ещё одно смысловое пространство.
Одновременное существование на сцене русского жестового языка и звучащего слова в качестве равноправных художественных средств выразительности позволяет разным аудиториям считывать разные смыслы.
На сцене происходит показ сразу двух театральных действий: для зрителей слышащих и зрителей с нарушением слуха.
В спектакле участвуют глухие артисты «У театра».
В составе исполнителей возможны изменения без дополнительного уведомления.
