Маргарита Еськина — орган, клавесин-оттавино Можно ли танцевать под музыку Баха? А под торжественную органную чакону Букстехуде? Сегодня нам трудно представить подобное, но многие произведения, которые мы привыкли слушать в концертных залах, ведут своё происхождение от старинных танцев.
В XVII–XVIII веках танец был неотъемлемой частью европейской музыкальной культуры.
Итальянские народные праздники, французские придворные балы, немецкие городские торжества — повсюду звучала музыка, под которую танцевали.
Но постепенно танцевальные мелодии и ритмы выходили за пределы бальных залов, превращаясь в самостоятельные инструментальные произведения.
Особенно интересна судьба трёх старинных жанров — чаконы, пассакалии и фолии.
Чакона появилась в Европе на рубеже XVI–XVII веков как живой, темпераментный танец, связанный с испано-американской культурой.
Со временем она приобрела совершенно иной характер: композиторы стали создавать на основе повторяющихся гармонических последовательностей масштабные вариационные сочинения.
Именно такую чакону мы услышим у Дитриха Букстехуде.
Пассакалия тоже выросла из танцевальной традиции.
Её отличительная черта — многократное повторение басовой темы, которая с каждым повторением обрастает новыми голосами, мелодиями и ритмами.
Из сравнительно простого танцевального жанра пассакалия превратилась в одну из самых сложных форм инструментальной музыки.
Вершиной этого развития стала знаменитая Пассакалия до минор Иоганна Себастьяна Баха, которая завершит концерт.
Фолия — ещё одна удивительная музыкальная история.
Возникнув в танцевальной культуре Пиренейского полуострова, она со временем превратилась в одну из самых популярных тем для вариаций в европейской музыке.
На протяжении нескольких столетий к ней обращались десятки композиторов.
В программе прозвучит Партита на тему «Фолии» итальянского мастера Бернардо Пасквини.
Но не все танцы барокко становились монументальными вариационными циклами.
Французский композитор Луи Маршан сохранил в своих клавесинных пьесах изящество придворной танцевальной культуры.
Гавот и менуэт напоминают о мире церемоний, поклонов и грациозных движений.
А в Пасторали фа мажор Иоганна Себастьяна Баха мы встретим и сицилиану с её мягким покачивающимся ритмом, и аллеманду, и жигу — танцы, которые в эпоху барокко давно уже стали частью профессионального композиторского искусства.
В программу также вошли виртуозные токкаты Джироламо Фрескобальди — музыка, в которой свободная фантазия исполнителя соседствует со строгим мастерством композиции.
Маргарита Еськина представит эту удивительную панораму европейского барокко на двух инструментах — органе и клавесине-оттавино, реплике фламандского инструмента 1593 года.
Программа: Дитрих Букстехуде (1637–1707) Прелюдия, фуга и чакона до мажор, BuxWV 137 Джироламо Фрескобальди (1583–1643) Токката 7 из Первой книги токкат (1615) Aria detta la Frescobalda из Второй книги токкат (1637) Луи Маршан (1669–1732) Гавот, менуэт и чакона из Сюиты ре минор (Pièces de clavecin, 1699) Иоганн Себастьян Бах (1685–1750) Пастораль фа мажор, BWV 590: Alla Siciliana Allemande Aria Alla Gigue Бернардо Пасквини (1637–1710) Партита на тему «Фолии» Иоганн Себастьян Бах (1685–1750) Пассакалия до минор, BWV 582
