Антон Чехов.
Марк Розовский о спектакле:
«Уважаемые дамы и господа! Уважаемая публика!
Прошу прощения за маленькое, минуты на две-три, предисловие. «Пари» — это неизвестный Чехов.
Кого ни спрошу: помните ли рассказ «Пари», никто и вспомнить не может.
Наверное, и вовсе этот рассказ не читали.
А зря.
Это рассказ-притча.
Это необычный Чехов.
Настолько необычный, что многие скажут: это — не Чехов.
Однако ошибутся, ибо авторский мир Антона Павловича действительно необозрим.
Лукавый взгляд сквозь пенсне как бы дразнит нас: то, что ждешь от меня, — не получишь, а получишь то, что не ждешь.
Рассказ «Пари» — неожиданный рассказ Чехова.
А впрочем, почему неожиданный?..
Ведь назвав свой знаменитый поток шедевров — «Пестрые рассказы», автор, прежде всего настаивает на пестроте, а значит, готовит наше восприятие к самому сногсшибательному диапазону.
В том-то вся и штука, господа, что рассказ «Пари» — это тот же Чехов, это та же рука Мастера, тот же лапидарный стиль, находящийся в родственных отношениях с талантом.
И как бы чужд, не казался этот Чехов тому Чехову, которого мы все знаем и любим, нам придется воистину открыть для себя в нем еще и еще такое, за что мы полюбим его еще больше.
Именно такие чувства я испытал, когда решился на страшное действие — немножко дописать Чехова при перетаскивании его прозы на сцену.
Да, да, не пугайтесь, именно дописать.
Ах, простите меня, Антон Павлович, ах, простите… Может быть, меня оправдает только тот факт, что в пьесе «Пари» (по рассказу «Пари») весь Ваш текст дословно, скрупулезно сохранен.
А вот за остальные мои домыслы к Вашей блестящей прозе ответственность несу уже я.
А теперь бедный зритель пусть попробует сам догадаться, где Чехов, а где ваш покорный слуга, пусть, пусть попробует…
Вторая часть нашего спектакля — знаменитый «Юбилей».
Шутка в одном действии» — так сам Антон Павлович определил жанр этой фантастической комедии характеров, где реальность быстро превращается в абсурд, а чеховский юмор — одна из вершин непревзойденного чеховского мастерства.
Мне кажется, «Юбилей» – это шедевр чеховской драматургии, — именно поэтому его можно ставить только с блестящими актерами, для которых чувство филигранной формы и одновременное существование в гротеске, фарсе и психологизме — не проблема, а упоение игрой — норма, приносящая зрителю исключительное наслаждение.
Ждем вас на спектакле «Шутки Чехова.
Из жизни банкиров и их жен»!
Театр «У Никитских ворот» из числа немногих студийных театров, которые родились при советской власти, пережили непростые 90-е годы, в числе первых немногих получил статус официального государственного театра, а сами актеры, набранные основателем и художественным руководителем театра Марком Розовским из числа любителей, энтузиастов, давно уже профессионалы. И учат актерскому ремеслу и мастерству молодых коллег, часто – учеников Розовского.
Сам Марк Розовский – фигура историческая. До того, как на свет появилась студия «У Никитских ворот», он руководил популярнейшим, может быть, самым знаменитым в СССР студенческим театром Московского государственного университета «Наш дом», в конце 50-х по популярности и оттепельной интонации «Наш дом» мог сравниться разве что с «Современником», который появился на свет в 1956 году. В «Нашем доме» играли Александр Филиппенко и Михаил Филиппов, Розовский ставил там Гоголя, Платонова, Когоута. Руководили театром трое: Альберт Аксельрод, Марк Розовский и Илья Рутберг, что для конца 50-х, еще не так далеко ушедших от недавней борьбы с космополитами тоже воспринималось чуть ли не как политический вызов. Хотя и студенческий, любительский, этот театр тоже не смог просуществовать долго и в конце концов был закрыт, но воспоминания – в первую очередь, о свободном творчестве, о духе свободы – сохранили многие, и кто работал бок о бок с Розовским, и кто был среди зрителей студенческого театра. «Наш дом» закрыли в 1969 году, «по результатам» Пражской весны, – Марк Розовский по-прежнему хотел ставить у себя свободолюбивых чешских драматургов, но это было уже нельзя.
Розовский работал на радио, в журнале «Юность», но параллельно уже в 70-м создал театральную студию при Государственном Литературном музее. В 1974 году стал главным режиссером Московского государственного мюзик-холла, работал в Ленинградском БДТ, куда его пригласил сам Товстоногов, поставил «Амадея» во МХАТе, тогда еще неразделённом, спектакль, который держится в афише театра уже 30 лет. Но идея своего театра не покидала его, и вот в начале 80-х был объявлен набор актёров, и в 1983 году спектаклем по ранним чеховским рассказам «Доктор Чехов» на малой сцене Центрального дома культуры медицинских работников на улице Герцена (ныне – Б. Никитская) открыт был театр-студия «У Никитских ворот». За ними последовали «Бедная Лиза», «Гамбринус», среди первых перестроечных спектаклей советского театра был и «Красный уголок» Розовского – по его собственной пьесе «Концерт Высоцкого в НИИ».
Розовский оказался среди немногих смельчаков, кто в конце 80-х заявил о готовности перейти на полный хозрасчет, однако очень скоро стало понятно, что в условиях экономических реформ такое вот существование театра на самофинансировании совершенно невозможно, и с 1 октября 1991 года театр «У Никитских ворот» – равный среди десятков других столичных театров.
Розовский – из тех, для кого принципиально важно наличие в репертуаре спектаклей самых разных, полярных жанров: есть притчи, есть мюзиклы, есть поэтические представления, комедии, драмы, трагифарс, классика как отечественная, так и зарубежная, и современная литература, представленная «Незабудками» Людмилы Улицкой, «Метелью» Владимира Сорокина, «Похороните меня за плинтусом» Павла Санаева. Небольшая, а правильнее сказать крохотная, сцена никогда не сковывала фантазию постановщика, не мешала размаху его замыслов. Здесь, в бывшей квартире доходного дома, поставлены были «Дядя Ваня» и «Вишневый сад», «Фанфан-тюльпан» и десятки других спектаклей.
Однажды Марк Розовский открыл для себя небольшой дворик театра, и это пространство стало площадкой для музыкального ревю «Песни нашего двора», в котором едва ли не вся труппа театра с удовольствием распевает дворовые песни 50–60-х и более близких нам лет. Поскольку популярность этого спектакля, который играют с весны и до первых холодов, остается неизменной, несколько лет спустя в афише появился зимний, комнатный вариант в том же жанре – «Песни нашей коммуналки». В репертуаре сегодня больше 30 спектаклей, так что не все удаётся сыграть хотя бы раз в месяц. Причем немало в афише спектаклей-долгожителей, среди которых и «Доктор Чехов», и «Бедная Лиза», и «Роман о девочках», и «Песни нашего двора».
Среди актеров, воспитанных Марком Розовским: Владимир Юматов, Ирина Морозова, Андрей Молотков, Александр Вилков, Маргарита Рассказова, Наталья Троицкая, Наталья Корецкая, Галина Борисова, Ольга Лебедева.
25 января 2012 года после 12-летней строительной кампании театр справил наконец новоселье и в дополнение к имевшейся сцене со зрительным залом на 70 мест получил новое четырехэтажное здание бывшего кинотеатра «Повторного фильма», с залом на 198 мест. Сцена оборудована по новейшим технологиям, установлена современная звуковая и световая аппаратура. При всех нововведениях сохранен исторический облик здания, построенного еще в XVIII веке, но также важно, что эта новая жизнь разворачивается в двух шагах от бывшего Центрального дома медицинских работников, где в 1983 году сыграла свои первые спектакли студия Марка Розовского «У Никитских ворот».
